СКОРЕЙ БЫ РАССВЕТ

Вот оно золотое дно – убийство! (Перечисляет) Пуф – гонорар, пуф – гонорар, пуф-пуф – вилла! Слышите?! А вы жрали тут. Не тошнит, а, могильщицы? (Издевается) Сделайте риголетто, сударыни: вы накушались падали. (Отталкивает от себя Л е н у.) Ненавижу. (В а л е) Ненавижу. Это вы сделали из меня гада. Вы. Вы! Это вы насмехались надо мной в школе: троечник, эпилептик. Не словами, нет, но видом, но взглядом. Вы шарахались от меня, как беременная от насильника, от маньяка. (В а л е) Это я стоял тогда под балконом и позорно бежал от вашего улюлюканья… Вы смеялись, вы просто смеялись… Над кем? Я любил вас. Да-да, любил. И тебя, и тебя. Самой чистой невинной любовью, как умеют любить только девственники или поэты… Я любил и страдал. Я любил и страдал. Из-за вас я маньяк и убийца: вы избрали других, не меня, не меня! Но и я человек. Я живой, я, как все…
Годы шли, я копил деньги, я думал: забуду все и куплю себе новую юность. Но юность не продается. Не покупается юность!
Потом я встретил ее (кивок на В а р в а р у). Она первая и единственная кто увидела во мне человека, ведь она не знала ни кто я, ни что я. Ей не нужны были ни мое лицо, ни мои деньги. Ее не испугала даже моя болезнь. (Сглотнул от волнения.) Я хотел полюбить ее… и не смог. Я разучился любить: во мне не осталось сердца. Это вы спалили его, подожгли, когда оттолкнули меня от себя… Что оставалось мне? Возненавидеть. И тогда я задумал э т о.
Воспоминания настигают. Воспоминания настигают! От них нигде не укрыться: ни здесь, в этой комнате со снарядонепробиваемыми стенами, ни в беседке без стен. От них не умчаться в «Вольво» по скоростной трассе. Их не убить.
Что было у меня в юности? Ничего: унижения, пустота, безлюбовье. Это вы обокрали меня. Вы.
Но я отмщен. Отмщен! Вы никто и ничто. Вы песок, вы пыль под ногами. Вас топчут, вас сравняли с землей, а вы… что же вы?! (В а л е) Знаешь, где твой Алешка? Знаешь?
В а л я (отказываясь верить). Ты!?
О л е г. Я. Я убил его.
В а л я. Где он, где?!
О л е г. Он в раю. Мне в аду гореть – он в раю…
В а л я. Где – скажи.
О л е г. Он на дне, под мостом. (Л е н е и Т о л и к у, зло) Всплыл? Не всплыл?
В а л я. Я не верю: он жив!
О л е г. Бандиты не шутят: будь человеком, мент, а не то пулю в лоб – и на дно… Он на дне под мостом. Там, где омут. Где мост. Там, где кончилась моя юность. Моя ничтожная, мертвая й… (Бабах! Рухнул с грохотом на пол. Эпилептический удар.)
В а р в а р а. Олег! Олежка! (Бросилась к нему, чтобы привести в чувство.)

В а л я медленно оседает: отказали нервы.

Л е н а (подхватив ее под руки, Н и н е). Врача!.. Валя, Валь!..
Н и н а (в трубку). Алло, алло… «Скорая»?
Т о л и к (оглянувшись на окно). Где ты, сволочь-рассвет?
Медленно закрывается

ЗАНАВЕС