Суббота, Февраль 5th, 2011

АМАДЕЙ

… вырвался наружу через боковую дверь, бестолкова скатываясь по крутым ступеням лестницы вон, на улицу, в холодную ночь, стараясь сохранить, не утратить искры угасающей жизни.(В страшной агонии кричит.) Что это? Откуда? Скажите же мне, господин, мой Синьор! Откуда взялась эта боль? Откуда эта потребность звука? Которую невозможно утолить, но которая исполняет душу восторгом! Может быть, эта потребность исходит от Тебя? Может быть, Ты ниспослал ее нам?

Пауза.

Из окон салона музыка звучала теперь приглушенно… Тускло сияли звезды над пустынной улицей, и я вдруг испугался. Мне показалось – я услышал глас божий, нот исходил он от того существа, чей голос я слышал незадолго до этого… Голос непристойного ребенка!

Освещение сцены меняется. Вид улицы исчезает.

6. Апартаменты Сальери.

Сцена продолжает оставаться затемненной.

Сальери. Я кинулся домой и от страха зарылся в работу. Набрал столько учеников, что их уже стало тридцать или сорок. Заседал часами в благотворительных комитетах… Писал еще больше церковных мотетов и гимнов, прославляя ими господа. А по ночам молился только об одном. (В отчаянии он преклоняет колени.) О, боже! Всели в меня глас Твой!.. Дай мне служить Тебе во славу Твою!.. Снизойди до меня! (Пауза. Встает.) Что же касается Моцарта, я старался с ним не встречаться и тайно посылал своих вентичелли раздобыть, где только возможно, любые его партитуры. Так, для интереса.

ВЕНТИЧЕЛЛИ входят с рукописями. САЛЬЕРИ сидит у фортепьяно. Они поочередно показывают ему ноты, пока слуги незаметно уносят стол и кресло из предыдущей сцены.

Первый. Есть сонат для фортепьяно, сочиненный в Мюнхене.

Сальери. Умно.

Второй. Две в Мангейме.

Сальери. Они все казались мне умными.

Первый. Парижская симфония.

Сальери (зрителям). Но в то же время представлялись такими пустыми!

Первый. Дивертисмент ре-диез.

Сальери. То же самое.

Второй. Кассазионе соль-диез.

Сальери. Не оригинально.

Первый. Великая литания ми-бемоль.

Сальери. Даже скучно. (Зрителям.) Сочинения скороспелого щеголеватого юнца, сына Леопольда Моцарта, и ничего больше. Серенада, несомненно, была исключением из правила. Таки исключением, которое в счастливый день могло выпасть на долю любого музыканта.

ВЕНТИЧЕЛЛИ уходят с нотами.

Неужто меня просто так поразило… что этот грязный подонок вообще оказался способен сочинять музыку?.. Я вдруг почувствовал облегчение! И решил сам найти его и оказать ему почести по случаю приезда в Вену.

7. Шёнбрунский дворец.

Свет быстро меняется. ИМПЕРАТОР стоит в ярком освещении перед золоченными зеркалами и камином. При нем ГОФМЕЙСТЕР ШТРЕК. Его величество франтоватый, приветливый человек сорока лет, весьма довольный собой и своим окружением. На авансцену с двух сторон торопятся ВАН СВИТЕН и РОЗЕНБЕРГ.

Иосиф. Будут праздники и фейерверки, господа! Моцарт уже здесь! Он ждет внизу!

ВСЕ кланяются.

Все. Ваше величество! К вашим услугам, сир!

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58

Категория: Творчество